Лабиринт Мандрагоры — магия, сонник и гороскопы, тайна и значение имени, народный календарь, заговоры, привороты, гадания, лекарственные растения и цитаты
Начальная страница Добавить в избранное Карта сайта
  Навигация: 
Библиотека Магия
 
Новости
 
Значение имени
 
Лекарственные растения
 
Гороскопы
 
Сонник
 
Народный календарь
 
Камни и минералы
 
Гадания
 
Заговоры
 
Цитатник
 
Библиотека
 
Энциклопедия
 
Каталог
 
О проекте
 
Гостевая
 
Форум
 
Рекламодателям
  ВКонтакте Одноклассники Телеграм RSS
   
Эзотерическая библиотека Лабиринта Мандрагоры

Библиотека Лабиринта Мандрагоры


Магия

Гартман Франц

Магия

Глава III. Форма

Вселенная есть мысль Бога.
Парацельс

Согласно Платону, изначальный элемент есть эманация Демиургического Разума, который заключает в себе от века идею природного мира, и эту идею он создает из себя силой своей воли. Эта доктрина стара и существует с тех самых пор, как на земном шаре появился первый разумный человек. В ней, по существу, заключена та же истина, какой учили древние риши и которую излагали — хотя, возможно, иными словами — все величайшие мыслители всех веков, начиная, видимо, с первого планетарного духа, который явился на нашу планету, и кончая современными философами. Они провозглашают, что мир есть порождение воли и способности к формированию идей [20], хотя и забывают при этом, что эта способность, как и воля, не могут существовать сами по себе, без того, кто проявляет волю и мыслит, но что они суть свойства некой неизвестной сущности, причины или принципа.

Эта неизвестная причина возникает, когда непроявленное абсолютное Единое являет себя, становясь Тремя. На этой истине основано учение о Троице, которое мы находим в большинстве древних религиозных систем Востока, так же как и в христианском символизме. Даже так называемая «рациональная наука» без этого учения становится «иррациональной», поскольку если «материалист» (правильно) утверждает, что не бывает материи без движения и движения без материи, он должен — по логике вещей — добавить, что материя существует, а движение происходит благодаря некой причине. Он может не знать этой причины, но она, тем не менее, есть, даже если ему не известно о ней вообще ничего, кроме ее наличия. Троица рациональной науки поэтому выглядит так: Действие, Противодействие и Причинность — или, другими словами, Материя, Движение и Причина (Потенция).

Эта троица проявляется на трех разных планах или в трех разных способах действия, которые были названы Материей, Душой и Духом, или, согласно символике древней оккультной науки, — Землей, Водой и Огнем. Единое проявляется в Трех, но эти Три есть одно целое и не состоят из трех частей, где одна следует за другой, но возникают сразу. Противодействие не может быть без Действия, и оба они имеют место благодаря сосуществующей с ними Причине. Отец не был Отцом, пока не появился Сын, и то, что породило Сына, есть сила, присущая Отцу, его Воля или «Святой Дух». Нет движения без материи или без причины; нет причины без воздействия и без чего-то, на что это воздействие оказывается. Не может быть протяженности и длительности, или «Пространства», без материи или движения, и нет формы без пространства. Абсолютное пространство невидимо, и мы не можем представить себе его форму. Мы не в состоянии вообразить его не имеющим границ, и также не можем представить себе каких-либо его границ без пространства за ними; относительное пространство ограничено и существует как форма. Не может быть пустого пространства, поскольку «пространство» означает протяженность, а мы не способны представить себе «ничто», и «ничто» не может иметь протяженности. Формы — это, так сказать, пространство, сделанное предметным, кристаллизованное в определенную конфигурацию, доступную или недоступную нашим органам чувств, и ни одна форма не существует иначе чем в пространстве.

Дух, или «Огонь», — это нематериальный, лишенный формы, универсальный элемент, который может проявляться в формах. Он — лоно, в котором всё содержится прежде, чем будет воплощено как объективное его пробудившейся Волей. Он — «творец» [21], великий «плотник» Вселенной, «приемный отец Христа», чья жена есть Майа (Природа) [22], непорочная дева, через которую Отец является как Сын, пробужденный к действию в форме животворящим воздействием «Святого Духа» [23]. Это великое таинство, изложенное в виде аллегорий во всех основных мировых религиях, могут полностью познать и понять только те, кто обрел способность высшего восприятия и достиг высшего знания, даруемого посвященным, чье духовное сознание пробудилось; неверное его толкование породило множество нелепых и противоречащих друг другу суждений. Тот, кто хочет с помощью своего интеллекта постичь бесконечное, не сумеет ухватить его, пока его конечный разум не сможет объять достаточно, чтобы быть в совершенной гармонии с необъятным Единым.

Душа, или «Вода», — это полуматериальный элемент, в своем исконном состоянии не имеющий формы, но способный существовать как форма. Она выступает как организующее начало вещественных форм. Душа человека-Микрокосма аналогична душе Макрокосма. Элементальные силы Природы, существующие на астральном плане, пользуются ею как «площадкой» для своих игр. Она пронизывает и окружает планеты, и также окружает и пронизывает тела людей и животных и прочие тела и формы. Все материальные формы есть, можно сказать, «материализованные души», которые прекращают свое существование вскоре после того, как принцип души извлекают из них.

Материя, или «Земля», или (как её называют в её изначальном состоянии) акаша, — это невидимый материальный элемент, наполняющий всё пространство. Уплотняясь под воздействием организующей силы души, она облачает формы души и делает их видимыми на физическом плане. Но не все эти формы доступны нашему физическому зрению; те, которые мы видим, — еще далеко не все. Невидимый мир, сокрытый в видимом, может открыться тому, кто способен сорвать покров с материи, ибо внутри материальных форм заключен невидимый элемент, выражением которого только и служит эта форма.

Из взаимодействия трех изначальных элементов, Духа, Души и Материи, возникают четыре смешанных принципа, и они вместе с тремя предыдущими дают семь принципов. Эта семеричная структура Макрокосма и Микрокосма была известна древним мудрецам Востока и западным посвященным, таким как Парацельс и другие, а в наши дни обнародована в учении восточных посвященных.

Приведенная ниже таблица представляет эту структуру согласно учению брахманов.

1AЭлемент Материи, акаша, представленный «Землей»
2ABСочетание Материи и Души,
известное как астральное тело (немецкий Doppelgaenger,
т.е. «двойник»), смесь «Земли» и «Воды»
3BДуша, известная как периспри, или животный принцип в человеке,
представленная «Водой»
4ABCЖизненная сущность, сочетание Материи, Души и Духа,
«Земли», «Воды» и «Огня»
5ACУм, сочетание Материи и Духа, или «Земли» и «Огня»
(принцип разумности)
6BCДуховная Душа, сочетание Души и чистого Духа,
или «Воды» и «Огня» (принцип Духовности)
7CЧистый Дух, или «Огонь», непостижимая Великая Первопричина [24]

Структура, которой пользовался Парацельс и «Эзотерический буддизм», совпадает с приведенной выше, за исключением того, что джива, или жизненная энергия, у них выступает как второй, а астральное тело — как третий принцип: 1. Физическое тело (стхула-шарира). 2. Жизненная энергия (прана). 3. Астральное тело (звездное тело). 4. Животная душа. 5. Разумная душа. 6. Духовная Душа. 7. Дух.

Говорят, эта структура была известна и древним иудеям, и древнееврейский алфавит, состоящий из 22 букв, построен с отсылом к ней, поскольку три в семи состояниях дают двенадцать символов и 3+7+12-22.

Любая форма есть выражение одного или нескольких элементарных принципов, и существует она до тех пор, пока соответствующие принципы действуют в ней. Не все формы видимы, поскольку видимость или невидимость зависит от способности отражать свет. Невидимый газ может стать твердым под воздействием давления и холода, и тогда он будет видимым и осязаемым; в то же время самые твердые вещества можно сделать невидимыми и неосязаемыми, нагрев их. Результаты, продукты космических мыслей, не все настолько материальны, чтобы их можно было увидеть физическим зрением, и в действительности мы видим лишь очень малую их часть. Нет никаких сомнений, что во Вселенной присутствует огромное количество невидимой материи — кометной или какой-либо другой, и по мере совершенствования оптических приборов нам будут открываться новые царства форм и жизни.

Любое изменение деятельности приводит к изменению форм и порой вызывает к жизни новые формы. Твердый лед можно превратить в невидимый пар и опять сконденсировать в осязаемую форму. Чем больший объем занимает материя и чем более интенсивным делается её движение, тем меньше возможностей воспринять её физическими органами чувств, но, увеличиваясь в объеме, материя не обязательно теряет в силе воздействия. Пар мощнее воды, а нагретый до очень высокой температуры, он выделяет электричество и обретает огромную разрушительную силу. Чем больше уплотнены элементы материи, тем большую инертность она проявляет; чем она разреженнее, тем дальше простирается сфера её действия.

С каждым телом связаны свои, невидимые сферы. Видимая сфера ограничена поверхностью его видимой формы, но невидимые сферы простираются дальше в пространство. Их не всегда можно обнаружить с помощью измерительных приборов, но, тем не менее, они существуют, и при определенных условиях их можно почувствовать. О сфере действия сильно пахнущего тела сообщит обоняние; сферу магнита можно определить, поднеся к нему железо; сферу человека или животного уловит самый тонкий из всех инструментов — сверхчувствительный мозг.

Эти сферы представляют собой магнетическую, тепловую, ароматическую или световую ауру и эманации, присущие всем объектам, находящимся в пространстве. Наблюдая полярное сияние в северных областях нашей планеты или фотосферу Солнца во время затмения, мы видим такие эманации. Нимб вокруг головы святого — не плод поэтического воображения; ведь никто не считает фантазией ореол света вокруг драгоценного камня. Как у каждого солнца есть своя система планет, вращающихся вокруг него, так каждое тело окружают меньшие энергетические центры, выделившиеся из основного, но сохраняющие часть его свойств. Медь, уголь и мышьяк, например, имеют красную ауру, свинец и сера излучают в синих тонах, золото, серебро и сурьма — в зеленых, а железо испускает все цвета спектра. Растения, животные и люди излучают в соответствующих цветах в зависимости от их свойств: у высокодуховных личностей ауры белые и синие, золотые и зеленые разных оттенков; натуры более низкие испускают в основном темно-красные эманации, которые у персон грубых, жестоких и неразвитых становятся почти черными. Коллективные ауры людей, животных и растений, городов и стран соотносятся с их основными характеристиками, так что человек, у которого способность восприятия достаточно развита, может определить степень интеллектуальной и нравственной зрелости города или страны, посмотрев на сферу их эманаций.

Качество эманаций зависит от формы деятельности того центра, где они берут свое начало. Они выражают состояние души, и по ним можно определить эмоциональное состояние. Каждой эмоции соответствует свой цвет: любви — синий, желанию — красный, доброжелательности — зеленый, — и эти цвета способны порождать аналогичное чувство в других душах, особенно если эмоциональное начало направляется рассудком. Синий действует успокаивающе и может утихомирить безумца или снять лихорадку; красный возбуждает страсть: бык может прийти в ярость при виде красной тряпки, а неразумная чернь звереет от вида крови. В этой химии души ничуть не больше чудесного, чем в фактах, известных физической химии, и названные явления подчиняются тому же закону, что заставляет хлорид серебра чернеть под воздействием синего или белого света, в то время как рубиново-красный или желтый не вызывают никаких изменений.

Все формы царства минералов, растительного и животного царств Земли, в том числе тела всех человеческих существ, есть мысли Мирового Разума, воплощенные в материи на физическом плане. Физическая их форма есть выражение их второго принципа, и в каждой материальной форме содержится её эфирный двойник, который, при определенных условиях, может отделиться от более материальной части или быть выделен из неё мастерством адепта. Эту астральную часть можно облечь вновь в акашу и сделать видимой: таким образом тот, кто знает, как манипулировать этими невидимыми силами, способен скопировать любой предмет [25].

Астральные формы могут продолжать существовать и после того, как их материальная оболочка разрушится. Ясновидящие порой видят астральные формы умерших, витающие над могилами и сохраняющие сходство с когда-то жившими людьми; в такие формы можно искусственно вдохнуть жизнь и некое ограниченное сознание и использовать их в практиках некромантии и черной магии или привлечь на «спиритические сеансы», чтобы они представляли духи усопших.

У некоторых людей этот второй принцип — вследствие особенностей их строения или из-за болезни — не очень прочно связан с физическим телом и может на короткое время отделяться от него [26]. Такие люди хорошо годятся на роль «медиумов» при так называемой материализации духов; их эфирные двойники могут являться отдельно от их тел и принимать облик некоего человека — живущего или ушедшего. Этот облик формируется, сознательно или бессознательно, помыслами присутствующих людей, становясь отражением их воспоминаний и мнений либо иными влияниями, невидимыми для физического взора.

Как мозг — центральный орган, обеспечивающий циркуляцию нервного флюида, а сердце — центральный орган, обеспечивающий циркуляцию крови, так селезенка — орган, из которого черпают свою жизненную силу астральные элементы, и при некоторых болезнях, нарушающих работу селезенки, астральный «двойник» человека может против его воли отделиться от тела. Нет ничего удивительного в том, что больные иногда чувствуют, что они «как будто и не они» или что рядом с ними на кровати лежит кто-то еще, и этот кто-то — они сами. Описания подобных «Doppelgaengers» (двойников), призраков, привидений, духов, возникающих в результате отделения лингашариры от физической оболочки, можно найти во многих трудах, посвященных загадочным явлениям Природы [27].

Обычно такие астральные формы лишены сознания и не обладают собственной жизнью, но их можно наделить жизнью и сознанием, если изъять жизнь из материальной оболочки и сконцентрировать её в астральном теле. Человек, преуспевший в этом, сможет выходить из своей физической оболочки и жить независимо от неё; некоторые адепты способны даже полностью покинуть физическое тело и продолжать жить в своей эфирной, невидимой форме.

Формы в сфере Души, где основным началом является четвертый принцип, еще более эфирны и еще меньше привязаны к определенной конфигурации. Это не покажется странным, если мы вспомним, что они — тоже формы мысли и что мысль или идея может иметь определенный облик, но может и оставаться бесформенной и неопределенной. Если мы, например, слышим слово «животное», мы представляем живое существо того или иного вида, но не придаем нашему представлению какой-либо определенной формы; но если это животное описано как принадлежащее к одной из знакомых нам разновидностей, в нашем сознании возникнет его конкретный образ. Чисто духовные или абстрактные идеи, такие, как любовь, вера, надежда, милосердие и др., не имеют облика и их нельзя представить в конкретных формах; они могут, самое большее, выражаться символически в образах, которые должны заставить наши мысли обратиться к лишенным формы идеям, свойства которых эти образы призваны представить нашему воображению.

Подобно тому как три элемента представлены тремя царствами физического плана, на астральном плане существуют три царства элементалов, соотносящиеся с элементами Огня, Воды и Земли. Отдельные формы, живущие на этом плане, часто обнаруживают свое присутствие перед животными и людьми, но, как правило, остаются невидимыми. Их, однако, могут узреть ясновидящие, а при определенных условиях они могут даже иметь видимый и осязаемый облик. Их тела состоят из упругой полуматериальной субстанции, эфирной настолько, что её нельзя различить физическим зрением, и способны менять форму, повинуясь опреденным законам. Бульвер-Литтон говорит: «Жизнь — всенаполняющий принцип, и даже там, где нам видятся смерть и тлен, рождается новая жизнь и изменяются формы материи. Призовем на помощь аналогию: не лист и не капля воды, а не больше не меньше чем та звезда, обитаемый и дышащий мир, нужна обычному уму, дабы понять, что окружающая нас Бесконечность, которую вы зовете пространством, — безграничное Неосязаемое, отделяющее Землю от Луны и звезд, — также напоено своей, подобающей ему, жизнью».

И дальше он пишет: «В капле воды вы видите разнообразнейших мелких существ: как огромны и ужасны некоторые из этих крошек-монстров в сравнении с другими. Так же и обитатели атмосферы: некоторые замечательны своей мудростью, другие — пугающей злобой; некоторые враждебны человеку, как демоны, другие добры, как посланцы между Землей и Небесами» [28].

В наш скептический век принято, читая такие описания, восхищаться «богатой фантазией» автора, ни на минуту не допуская, что они призваны сообщить некую истину. Но можно привести множество свидетельств, доказывающих — если это нуждается в доказательстве, — что подобные невидимые, но вещественные создания существуют и могут иметь самый разный облик; что воля сведующего в подобных вещах человека может наделить их сознанием и интеллектом, сделать их видимыми и даже полезными человеку. Подтверждение этой мысли можно найти в сочинениях розенкрейцеров, каббалистов, в трудах алхимиков и посвященных, равно как и в древних книгах мудрости на Востоке и в христианской Библии.

Эти сущности, однако, не обязательно обладают личностью. Они могут являть собой безличные силы, обретающие форму, жизнь и сознание при соприкосновении с человеком. Гномы и сильфы, ундины и саламандры живут не только в сказках, хотя и могут сильно отличаться от тех созданий, что существуют в представлении невежд. Каким незначащим и маленьким кажется отдельный человек в безграничности Вселенной! И это при том, что его чувства открывают ему лишь очень малую её часть. Если бы он мог узреть миры, лежащие под его ногами и над его головой и вокруг него, кишащие созданиями, о существовании которых он даже не подозревает, в то время как они, возможно, не знают ничего о нем самом, он преисполнился бы страха и начал искать бога, чтобы тот защитил его; и, однако, нет среди этих созданий существа выше и могущественнее, чем духовный человек, познавший свои возможности, в котором его собственный бог пробудился и обрел сознание и силу [29].

Существа духовного плана таковы, какими когда-то были люди; их строение не дано познать тем, кто не равен им, и их совершенные тонкие формы мы не можем себе представить. Достигшие такого уровня развития, что им не надо более быть заключенными в форму, они вступили в область, где нет форм, пребывая вечно в присутствии Мирового Разума, от которого изначально происходит сила, зовущаяся Человек. Мы можем смотреть на каждого отдельного человека как на отдельную ноту в великом оркестре мира, а на дхьян-чохана [30] — как на полнозвучный аккорд или соединение нот в божественной симфонии. Сочетание нот может быть и дисгармоничным, и есть злые духовные сущности, как в противовес свету существует тьма, ибо высокоразвитый интеллект может быть использован и для низких целей; но добрые духовные начала не будут побеждены злыми, поскольку их защищает источник всего блага, который по сути своей есть Благо и для которого зло — просто оборотная сторона.

Царство Души есть царство эмоций. Эмоции не возникают просто как результат физиологических процессов, обусловленных воздействиями физического плана; они принадлежат формам жизни, относящимся к астральному плану, и часто возникают и утихают без видимой причины. Погода или не зависящие от нас обстоятельства могут вызывать у нас определенные эмоции, никак не связанные с нашим физическим самочувствием. Человек, вошедший в комнату, где все смеются, с большой вероятностью разделит общее веселье, не зная его причины; оратор может заразить огромную толпу своими чувствами, даже если собравшиеся не понимают до конца, что он говорит; одна истеричная женщина в больничной палате способна вызвать эпидемию истерии среди других женщин, и вся паства может воодушевиться страстной речью проповедника, независимо от того, говорит ли тот мудрые вещи или глупости. Резкий всплеск эмоций или выброс энергии на астральном плане иногда способен убить человека как пороховой взрыв. Нам говорят о людях, которые были «поражены ужасом» или «парализованы страхом». В подобных случаях астральное сознание становится сверх обычного активным за счет сознания на физическом плане, деятельность жизни на физическом плане может приостановиться, и человек, оказавшись в такой ситуации, может лишиться чувств или даже умереть.

Все формы возникают по определенным законам. В микроскоп мы наблюдаем, как в соляном растворе формируется некий материальный центр и как к этому центру стягиваются родственные ему силы, которые кристаллизуются вокруг него, становясь твердыми и прочными. Каждая соль образует свои особые кристаллы, присущие только данной разновидности и никакой другой, сколько бы ни повторять опыт. В царстве растений мы видим, что семена каждого растения будут притягивать к себе те силы, которые нужны, чтобы возникли дерево или цветок, подобные тому, на котором вызрело это семя: из яблочного семечка не вырастет ничего кроме яблони, а из желудя может вырасти только дуб. Любое животное главными своими признаками будет напоминать своих родителей, а внешность человека в той или иной степени будет говорить о принадлежности его к определенному народу или семье.

Как каждая математическая точка пространства может развиться в живое, сознательное, видимое существо, после того как сформирован соответствующий энергетический центр (зерно), так же в невидимом царстве Души астральные формы могут рождаться везде, где есть подходящие условия для их роста. Подобно тому как интенсивное движение на физическом плане может стягивать рассеянную повсюду материю к общему центру, так же и на астральном плане сильная эмоция может кристаллизоваться вокруг мысли в невидимую, но, тем не менее, вещественную сущность, которая будет существовать долго или только краткий миг — в зависимости от того, насколько сильно образующие её силы связаны с центром. Как формы физического плана соотносятся по своим характеристикам с силами, преобладающими на этом плане, так и формы астрального плана есть выражение эмоций, главенствующих там. Они могут иметь прекрасный или устрашающий облик, поскольку каждая такая форма является всего лишь символом или выражением качества, которое она представляет.

Формы минерального царства есть выражение сил, действующих по прямым или ломаным линиям; формы растительного царства представляют радиусы и кривые; животные формы воплощают силы, действующие на астральном плане, и обитатели этого плана могут напоминать видимые формы животных или людей. В тех формах, которые полностью принадлежат астральному плану, более высокие духовные энергии не работают. Они могут осознавать себя и свое существование, но в обычных обстоятельствах интеллект у них не выше, чем у животных, и они неспособны действовать с умом и повинуясь рассудку. Они слепо следуют своим влечениям, как железо, которое притягивается магнитом; обнаружив где-то неумеренную вспышку эмоции, вызванную человеческим существом, они устремляются туда, как к некоему центру притяжения, и их скопление усиливает деятельность этого центра и расширяет сферу его влияния. Потому мы и подмечаем часто, что эмоция, которую мы не сумели сдержать в самом начале, может вырасти и стать неуправляемой. Некоторые умирали от горя, а другие от радости.

Но если эти неразумные формы наполняются интеллектуальным принципом, исходящим из человека, они становятся разумными и действуют в соответствии с указаниями их хозяина, от которого они получили волю и интеллект и который может использовать их во благо или во зло. Любая эмоция, возникающая в человеке, может объединиться с астральными силами Природы и создать существо, которое люди, обладающие повышенной восприимчивостью, могут воспринять как активную живую сущность. Каждое чувство, выраженное в словах или действиях, способно породить живую сущность на астральном плане. Некоторые из этих форм могут быть достаточно долговечными, при том, что срок их жизни зависит от глубины и длительности размышлений, породивших их; другие существуют один миг и сразу же исчезают.

Один из посвященных объяснял в письме мистеру Синнетту: «Любая мысль человека, после того как она возникла, переходит в иной мир и становится действующей сущностью благодаря тому, что соединяется — срастается, можно сказать, — с элементалом, то есть с одной из полубессознательных сил этого царства. Она продолжает существовать как действующее разумное создание — создание разума, породившего её, — какое-то время, длительность которого зависит от первоначальной интенсивности рассудочной деятельности, вызвавшей её к жизни. Так, добрая мысль сохраняется в качестве действенной благотворной силы, а злая — как злобный демон. Поэтому токи человека всегда бывают населены порождениями его фантазий, желаний, порывов и страстей; эти токи воздействуют на любую восприимчивую или нервную структуру, с которой вступают в соприкосновение, с интенсивностью, пропорциональной их динамической силе… Посвященный создает такие формы сознательно, другие люди порождают их невольно» [31].

Это свидетельство подтверждается сведениями из другого источника, доказывающими, что для того, чтобы создавать субъективные формы, не обязательно облекать свою мысль в точные образы силой воображения; любое чувство или переживание может найти свое выражение в субъективных формах, независимо от того, знаем ли мы об их существовании. И форма, и чувство есть состояния души, и чувство, будучи выражено, будет представлено соответствующей формой.

Мистер Уайтворт, ясновидящий, описывает, как в юности, глядя на немецкого музыканта, играющего на органе, он заметил рой призраков, витающих вокруг клавиатуры, — настоящих духов-лилипутов, фей, гномов, поразительно миниатюрных, но при этом с фигурами и лицами столь же четкими и правильными, как и у «больших» людей в комнате. Среди них были мужчины и женщины в причудливых одеяниях, и их разновидности, наружность и движения менялись в полном согласии с музыкой.

«Как безумно они плясали под быстрые отрывки, как размахивали своими шляпами, украшенными перьями, и в восторге обмахивались ими! Как они носились туда-сюда с безумной скоростью, отбивая ногами такт падавших словно капли дождя аккордов! Но когда музыка переменилась на торжественно-мрачный каданс похоронного марша, они, быстрые как молния, исчезли, и вместо них явились гномы в черных одеяниях, похожих на монашеские рясы, со скорбными лицами пуритан, бредущих в безмолвной, траурной процессии. Удивительнее всего, что во всех чертах этих маленьких лиц отражались настроения, запечатленные в музыке, так что я мог ясно понять мысль и чувство, которые она должна была передать. В безумном взлете трагической мелодии возникла толпа женщин — матери и жены с лицами, залитыми слезами, и растрепанными волосами били себя в грудь и оплакивали умерших, которых они любили. Раздалось бряцание военного марша, и на смену плакальщицам пришли украшенные плюмажами всадники-рыцари со щитами и копьями, а следом — пешие воины, разгоряченные битвой, с руками, обагренными кровью в жестокой схватке. Каждая новая мелодия призывала новую группу духов, а прежние исчезали так же внезапно, как и появились. Когда же возникал диссонанс, появляющиеся призрачные создания оказывались в чем-то уродливыми, с непропорциональными руками или ногами, или в нелепых одеяниях; чаще всего являлся горбатый гном с резким скрипучим голосом, двигавшийся некрасиво и неуклюже».

Далее Уайтворт рассказывает, что в более зрелом возрасте он видел, как такие «волшебные» создания слетали с губ разговаривающих людей и что все их действия казались точным повторением чувств, заключенных в произносимых словах. Если за речами стояли добрые чувства, эти образы сияли неземной красотой; дурные чувства порождали чудовищ; скажем, ненависть — шипящих змей и темных, лютых демонов. Неискренние же слова вызывали к жизни фигурки красивые спереди и отвратительные и пугающие сзади, в то время как любовь творила образы в серебристых и белых тонах, дышащие красотой и гармонией.

«Я никогда не забуду, как стал свидетелем потрясшей меня до глубины души сцены, где искренняя верность встретилась с предательским двуличием. Прекрасная юная девушка прощалась со своим возлюбленным, отправлявшимся в далекое путешествие. При каждом её слове являлись сияющие феи; но с его губ слетали иные создания: та их сторона, что была обращена к девушке, казалась привлекательной и светилась улыбкой неумирающей любви, но обратная сторона их выглядела темной и дьявольской, распаленные змеи и красные раздвоенные языки высовывались из сложенных в жестокой усмешке губ, в вороватых, косых взглядах, брошенных из-под полуприкрытых век, плясали искорки коварной злобы. Маленькие фигурки с такой пугающей изнанкой постоянно менялись, изворачивались и прятались так, чтобы к доверчивой девушке была обращена только их сияющая и честная сторона, темная же оставалась скрытой от её взора. И если ореол ничем не замутненного света окружал благостную маску, завеса густого дыма висела, как полог из непроглядного мрака, над оборотной её стороной» [32].

Это описание совпадает с описаниями, данными другими людьми, чем доказывается, что мысли и чувства есть нечто вещественное [33], присущее воображению человека, и они могут воздействовать на его внутренний мир хорошо или дурно, и что необходимость контролировать свои мысли и желания не есть пустая формальность, а обосновывается вполне практическими соображениями. Тем же, кто отвергает подобные свидетельства и считает упомянутые здесь формы иллюзиями, можно напомнить, что не только эти, но и все формы — иллюзорны, что все они воплощают невидимые истины. В чистом свете разума все иллюзии в конце концов исчезнут, и истина явится — не скрытая в формах, но во всем блеске своего непорочного величия — удивленному взору духовно пробудившегося человека.

Но хотя такие формы есть проявления жизни, жизненная активность не свойственна им самим по себе. Они — результат воздействия мыслей человека на акашу, и их существование поддерживается жизненной энергией, которая поступает к ним от жизненного центра в человеке. Эти формы подобны теням, которые пропадают, когда иссякает питающий их источник света. После того как психическая деятельность человека, давшего им жизнь, прекращается или переключается на другое, они — рано или поздно — исчезают. Однако как тело человека не рассыпается сразу после того, как жизненный принцип покидает его, но разлагается быстрее или медленнее в зависимости от его плотности и силы сцепления молекул, так и астральные формы, созданные желаниями человека, могут развоплотиться спустя довольно долгое время. Они существуют, пока человек наполняет их жизнью и сознанием посредством своих мыслей и воли, и получив однажды определенное количество энергии, они могут продолжать цепляться за своего «родителя», хотя бы он и не желал их компании. Их жизнь зависит от него, и стремление выжить удерживает их у того источника, откуда они почерпнули свою жизненную силу. Если их отлучить от этого источника, они умрут, поэтому они вынуждены оставаться возле него и как фантом, сотворенный Франкенштейном, преследуют своих создателей и постоянно присутствуют рядом с ними, даже если те этого не хотят. Чтобы избавиться от них, тот, кто стал жертвой их преследования, должен направить все свои помыслы и стремления к другой, более высокой цели — тогда его мучители умрут от голода. Таким образом, духовный принцип каждого человека может стать его личным Спасителем: изменяя характер человека, он спасает его от последствий его грехов и своим чистым светом заставляет иллюзии, порожденные низкими стремлениями, таять, как тает снег под лучами солнца.

Элементальные формы служат своему создателю, фактически являясь его «я», и он может использовать их с добрыми или дурными целями. Любовь и ненависть могут породить субъективные формы — прекрасные или ужасающие; наполненные сознанием, они обретают жизнь и становятся способны исполнять всевозможные поручения во благо или во зло. Благодаря им маг может примешивать свою жизнь и сознание к личности того, на кого он желает воздействовать. Прядь волос, обрывок одежды, некий предмет, который человек носил с собой, дают магу возможность войти с ним в связь. Та же цель достигается и иначе, если к человеку попадает вещь, принадлежащая магу, поскольку во всём, с чем маг связан, будет присутствовать некая часть его самого, и эта часть создаст магнетическую связь между ним и тем, на кого он хочет влиять. Если астральная чувствительность его достаточно развита, расстояние не помешает ему увидеть того, с кем он связан; а будучи способен перенестись в своей астральной форме через пространство, он получит возможность предстать в этой форме перед своей жертвой, хотя бы та и не могла его увидеть.

Элементам, посылаемый магом, — сущностная часть его самого, и в случаях, когда жертва обладает качествами медиума, иными словами, когда составляющие её принципы не скреплены силами рассудка и воли, она оказывается беззащитной перед ним и может пострадать. Но и сам маг, если его астральная форма материализуется в достаточной степени (хотя и не настолько, чтобы стать видимой), становится уязвимым для физического воздействия, и когда астральная форма возвращается в физическое тело, на нем могут сказаться полученные ею увечья [34].

Маг, который силой своей воли подчинил себе полубессознательные силы Природы, способен использовать их во благо или во зло. Беспомощный медиум, через которого проявляются оккультные силы, не может ни вызвать эти проявления по своему желанию, ни контролировать их. Ему не дано повелевать элементалами, напротив, они главенствуют над ним. После того как медиум сдается и теряет власть над своей душой, его тело становится орудием в руках астральных сущностей. Он безвольно сидит и ждет, пока элементалам заблагорассудится что-нибудь сделать; неосознанно он наделяет их своей жизнью и способностью думать, так что его мысли и мысли присутствующих находят свое отражение в этих астральных формах или делают их способными проявлять собственный интеллект.

Человек, сведущий в магии, перестает быть рабом этих сил, он повелевает ими силой своей воли. Он может намеренно вдохнуть в них жизнь, сознание и интеллект и заставить их исполнять то, что он пожелает; они подчиняются его повелениям, поскольку они — его часть. Спириты совершают то же неосознанно; они часто поют на своих сеансах, чтобы добиться согласованности, и знают, что чем большее согласие царит между участниками, тем яснее будут проявления. Объясняется это тем, что чем больше согласия в кругу, тем меньше остается личных чувств и меньше присутствие собственных «я» людей, соответственно, тем более безличностная сила и жизнь окажутся в их распоряжении, чтобы наделить жизнью и сознанием материализованные формы.

Эти животные астральные сущности относятся к камарупической форме существования, и их оболочки слишком тонки, чтобы воздействовать непосредственно на грубую материю. Поэтому им требуется посредничество некоего промежуточного принципа, которое обеспечивается вторым принципом в человеке, сочетанием Души и Материи, называемым линга-шарара. В роли такого посредника могут выступать астральные составляющие живых людей или астральные останки тех, чьи тела умерли.

Эти астральные останки человека не обладают ни умом, ни рассудительностью, они идут туда, куда влекут их неосознанные стремления или неисполненные желания. Если вы хотите, чтобы вас преследовал «призрак» некоего человека, приманите его к себе силой любви или ненависти, которую вы к этому человеку чувствуете. Не исполните некое обещание, которое могли бы исполнить, и астральная форма ушедшего, жаждущая его исполнения, будет неосознанно тянуться к вам, повинуясь собственному неосуществленному желанию.

Не её вина, если вы не сознаёте её присутствия и не слышите её голоса; всё дело в том, что ваши астральные чувства спят и не воспринимают окружающее; вы можете чувствовать её и пребывать из-за этого в подавленном настроении: она говорит с вами, но на языке, который вы не научились понимать. В этих элементарных останках сохраняется то, что составляет низшую природу человека, и если на время вдохнуть в них жизнь, они будут воплощать низшие свойства умершего, те, что оказались недостаточно благородными, чтобы быть связанными с бессмертной его частью. Если привести в действие музыкальную шкатулку, играющую определенную мелодию, она будет повторять и повторять эту мелодию, хотя у неё нет собственного сознания. Остаточные эмоции и интеллект в астральных останках человека найдут свое выражение в том, что если вынудить эти останки говорить, их речь будет в какой-то мере похожа на речь человека при жизни.

Подобное существо остаётся подвластным добрым и злым стремлениям до тех пор, пока не происходит окончательное разделение высшего и низшего. Оно может последовать зову высших принципов Природы, и тогда Дух притянет его к себе; либо оно может при посредстве медиума опять войти в соприкосновение с материей, опять закружиться в хороводе жизни, хотя и пользуясь для этого чужим организмом, прельститься ещё раз физическими ощущениями и навсегда потерять из виду свое бессмертное «Я».

Черные маги и элементальные силы Природы порой используют такие астральные останки для того, чтобы творить зло. Если у астрального существа нет сознания, оно будет служить просто орудием этих людей или сил; будучи сознательным, оно может стать их союзником и помощником.

По мере того, как человек обретает большее благородство, низшие составляющие его элементы отторгаются и замещаются более высокими. Тот же процесс может идти в обратном направлении, если человек деградирует в своим деяниях и мыслях. Чувственный человек притягивает из акаши те элементы, в которых нуждается его чувственность, ибо грубые наслаждения доступны лишь грубой материи. Человек, в котором пробуждаются и развиваются животные инстинкты, может опуститься настолько, что станет животным по характеру, если не по внешнему виду. Но поскольку внешняя оболочка есть просто выражение характера, то и она со временем начнет напоминать того или иного зверя.

На физическом плане материя более инертна, чем на астральном, и, соответственно, меняется медленнее. Астральная материя активнее и способна изменяться быстрее. Астральное тело человека, характером напоминающего некое животное, видящему предстанет в облике этого животного [35].

Астральная форма злого человека может предстать в животной оболочке, в случае если она настолько переполнена грубыми инстинктами, что сливается в его воображении с тем животным, которое является носителем подобных инстинктов. Она даже может завладеть формой какого нибудь животного; иногда это случается, когда астральной форме грозит немедленное разложение и гибель [36].

В народе и сейчас ходят легенды о людях, которые превращаются в животных и бродят по округе, вредя соседям и их скоту. Современная культура склонна объявлять невозможным всё, что она не в состоянии объяснить; однако существование таких форм теоретически вполне допустимо, поскольку некто может отделить от себя свои астральные элементы и заставить их принять определенный облик, не обязательно человеческий, поскольку человек есть то, что он думает, и сила его воображения способна привести внешний облик в соответствие с характером.

Глава IV. Жизнь

Не было времен, когда меня не было,
и в грядущем я не перестану быть.

Бхагавадгита

Мир форм можно сравнить с калейдоскопом, где разные типы изначальной энергии проявляют себя бесчисленным множеством способов, возникая, исчезая и возвращаясь вновь. Кусочки разноцветного стекла в калейдоскопе остаются всегда теми же кусочками стекла, меняя только своё расположение, в то время как иллюзия, вызванная их отражением в зеркалах, при каждом новом повороте игрушки заставляет их являться в новых конфигурациях, образуя всё новые узоры. Так и Единая Жизнь проявляется в беспредельном множестве цветов и форм, действуя как «Материя» или «сила», сознательно или бессознательно, слепо или разумно, целенаправленно или нет, повсюду — начиная с атома, чья аура и прочее свиваются в общем вихре [37], невидимом, но вещественном, и кончая сияющими солнцами, фотосфера которых простирается на миллионы миль; начиная от амёбы, протоплазма которой проявляет лишь зачатки инстинкта, и кончая совершенным Человеком, интеллектом своим превосходящим богов.

Формы — это обособленные и материализованные мысли. Если вы способны сконцентрироваться на некой мысли, отделив её от всех остальных, вы создадите форму. Если суметь поделиться с этой формой сознанием, её можно сделать сознательной, а если вам удастся одеть её частичками материи, она станет видимой и осязаемой. Однако мало кто может сконцентрироваться на одной-единственной мысли, хотя бы на короткое время, ибо ум наш постоянно перескакивает с одного на другое; и немногие способны передать свое сознание, ибо для этого нужно заставить себя забыть собственные заботы и интересы; и столь же немногочисленны те, кому дано управлять элементами земли, поскольку для большинства она — госпожа и они сами влекомы к ней. Прототипы всех форм существуют в астральном свете, который есть Мировая Душа, заключающая в себе Мировой Разум; акаша или Мировая Материя является её более материальной субстанцией [38]. После того, как форма возникает на астральном плане, её дальнейшее развитие сводится к тому, что нечто, уже существующее, посредством определенных процессов становится видимым и материальным. Это нечто есть идея или характер формы, и поскольку каждый характер представляет собой некую целостность, он находит определенное выражение во всех составляющих формы. Не бывает, например, человеческих существ с телом человека и головой животного, нет, человеческий характер данного существа будет воплощен во всех частях его организма; и как характер, присущий человечеству вообще, выражается в каждой индивидуальности, так характер данного конкретного человека выражается в каждом органе его тела. На этом основываются учения астрологии, френологии, хиромантии, физиогномики, которые — если понимать их правильно — не только могут, но и неизбежно должны давать правильные результаты. У солнц и планет, так же как и у всего, что только есть на земном шаре, имеются души, хотя не у всех из них имеются тела, ибо их тела — просто внешнее выражение души, и характер их заключен в их душах. Души эти воздействуют друг на друга и сами испытывают всевозможные воздействия, и когда характер души меняется, изменяются и физические формы. Такие астральные воздействия, составляющие душу Вселенной, создают все формы; они определяют свойства и рост минералов, растений и животных, в них причина эндемических и эпидемических болезней, они ответственны за развитие с течением веков различных видов животных и в какой-то мере предопределяют судьбы людей; они образуют энергии, характер которых сказывается во всем. Их сигнатуры (знаки) можно увидеть в книге Жизни, которая имеется у любой из форм — в размере и виде крыльев или конечностей, в линиях руки, в цвете глаз и волос [39]. Они выступают в качестве той силы, посредством которой Мировой Разум накладывает на все свою печать, и правдивая история любой частички мира записана на страницах её души — для того, кто способен её прочесть [40]. Так же и характер каждого индивидуальною разума оставляет отпечаток на всех мыслях, словах и поступках данного индивида и на душах всего того, что попадает в его сферу.

Любая форма есть внешнее выражение некоего характера, который она представляет, и в силу этого обладает определенными особенностями, которые отличают её от других форм. Изменение характера приводит к постепенному изменению формы. Если человек деградирует морально, признаки этого со временем станут заметны и в его внешности; люди, изначально отличавшиеся внешне и имевшие разные характеры, подстроившись друг под друга, порой и внешне в чем-то становятся похожими. Формы жизни, принадлежащие к одному классу и виду, обладают неким сходством, и у каждой национальности есть свои характерные черты, воплощенные в её представителях. Чистокровного ирландца трудно спутать с чистокровным испанцем, хотя бы они были одеты совершенно одинаково, но если оба они уедут в Америку, в их детях или внуках национальные особенности родителей постепенно станут всё менее заметными. Изменение характера меняет форму, но изменение формы не обязательно приводит к изменению характера. Человек, лишившийся ноги, становится калекой, но характер его при этом может остаться прежним. Ребенок вырастает и становится взрослым, но характер его, если не изменится в силу воспитания, сохранится таким же, каким был в детстве.

Все эти факты неопровержимо доказывают, что характер, природа любого создания есть нечто более существенное, чем его внешняя форма, что форма иллюзорна, а реален принцип, который никак не зависит от формы. Если бы характер человека зависел от унаследованной им формы, дети, рожденные от одних и тех же родителей и воспитывавшиеся в одинаковых условиях, были бы всегда похожи по своему душевному складу — однако всем известно, что родные братья и сестры могут иметь совершенно разные характеры и порой проявлять качества, которых их родители лишены. Возможность существования того или иного характера не определяется внешними условиями: обстоятельства могут лишь видоизменить характер, но не сформировать его. Даже на самой лучшей почве дуб не вырастет, если не посадить в нее желудя, и холерная палочка не вызовет эпидемии холеры там, где нет изначальной «предрасположенности» к этой болезни. Форма может способствовать развитию характера, но не она порождает его, и люди внешне очень похожие могут очень сильно различаться по характеру.

То, что при практически полной идентичности облика моральные и интеллектуальные качества людей оказываются совершенно разными, едва ли поддается объяснению, если мы по-прежнему будем закрывать глаза на то, что в любом существе, разумном или не обладающем разумом, исконным является его характер, а форма есть лишь внешнее выражение этой невидимой внутренней сущности, которая сохраняется, когда форма перестает существовать, и после её разрушения находит воплощение в другой форме. Формы умирают, но их смерть не затрагивает характер, который сохраняется в астральном свете, как мысли человека остаются в его памяти, хотя события, вызвавшие их, давно отошли в прошлое. Характер не умирает и не меняется после того, как покидает форму, но отдыхает какое-то время, пребывая в субъективном состоянии, а потом облекается вновь в обновленную объективную форму, чтобы расти и изменять свою природу, пока эта форма будет жить. С этой точки зрения «смерть» есть жизнь, поскольку за тот промежуток времени, который именуется смертью, то, что составляет сущность любой формы, остается неизменным, а жизнь — это смерть, поскольку, пока форма живет, характер меняется, старые стремления и склонности умирают и замещаются новыми.

Страсти и пороки могут умереть в течение нашей жизни, уйдя же с нами в могилу, они родятся вновь.

Природа дуба существует до того, как начинает расти желудь, а растущее семя притягивает к себе из земли и воздуха те элементы, которые нужны, чтобы получилось именно это дерево. Характер ребенка существует как таковой прежде, чем рождается в мир физическая оболочка, и притягивает из духовной атмосферы те элементы, к которым обращены его стремления и склонности. Семя будет расти лучше там, где земля для него подходящая, и каждая человеческая монада, пребывающая в субъективном состоянии, когда ей придет время воплотиться, будет притянута к тем родителям, чьи свойства дадут наилучшую почву для развития её наклонностей и стремлений, и чей ум и моральные качества как-то соотносятся с её собственными. Физические родители не могут произвести духовный зародыш ребенка, этот зародыш есть результат предшествующей духовной эволюции, которую он претерпел в течение прежних объективных жизней. Теперешняя жизнь любого существа подготавливает характер того, кто станет его преемником.

Растение достигает высшей точки своего развития, когда завязываются семена; кульминацией в телесном развитии животного является момент, когда оно обретает способность воспроизводить особей своего вида; однако интеллектуальное и духовное развитие человека может растянуться на долгие годы и после того, как он обретет способность к деторождению, и достичь высшей своей стадии, когда физическая форма уже увядает и перестает жить. Хорошее состояние физического тела безусловно способствует развитию характера, в той же мере как хорошая почва способствует росту дерева, но и самая замечательная почва не превратит чертополох в розовый куст, и у доброго и умного человека может быть сын разбойник или болван.

По мере того, как изначальная субстанция развивается, проявляясь в формах, она спускается из универсального состояния в родовое, видовое и, наконец, индивидуальное. Восходя опять к бесформенному состоянию, она проходит обратный путь, границы индивидуальностей расширяются и в результате сливаются с целым. Жизнь на низших планах проявляется в недифференцированном состоянии: у воздуха нет определенной формы, каждой капле воды в океане дано то же бытие, что и мириадам других капель, один кусок глины — в сущности то же самое, что и другой. В растительном и животном царствах универсальный принцип Жизни проявляется в индивидуальных формах, но все же между отдельными растениями, деревьями, животными одного вида и людьми, принадлежащими к одному роду, разница невелика, и те черты, которые составляют особенность данной индивидуальной формы, исчезают вместе с ней. То, что на самом деле отличает одну индивидуальную форму от другой, не зависит от формы и продолжает существовать и после того, как жизнь формы приходит к концу. Различия форм преходящи, но различия природы и характера сохраняются; те качества, которые возвышают их обладателя, выделяя его из его окружения, лежат как раз в той области, где внешний облик не имеет никакого значения. Сократ был уродлив и при том гениален; тщедушное тело Наполеона никак не соответствовало величию его ума. Почет и слава осеняют гробницу формы, и великие умы часто обретают большую власть после того, как служившие им тела обращаются в прах. Могущественный разум объемлет сферу, простирающуюся далеко за пределы физической оболочки, в которой от живет. Он не умирает со смертью этой оболочки. Его характер продолжает существовать и может явиться на земле вновь. Слабый разум порой сморщивается и иссыхает, пока живет в форме.

Все характеры, после того как они покидают форму, реинкарнируют, или перевоплощаются, но если индивид не обладал своим особым характером, общая природа вида или класса будет тем единственным, что способно, покинув старое тело, облечься в новое. Если у индивида выработался собственный характер, который отличает его от его собратьев, этот отдельный характер переживет как нечто индивидуальное разрушение своей формы, поскольку закон, действующий в рамках целого, или класса, будет действовать также и в частных случаях. Капля воды, попав в сосуд с водой, смешается в ней и растворится в общей массе; можно выпарить воду и сконденсировать опять в капли, но той самой капли среди них уже не будет. Однако если в воду подмешать каплю какого-нибудь эфирного масла, после чего в реторте обратить воду в пар и сконденсировать опять, в получившейся жидкости будет присутствовать та же капля масла. Возвышенный характер может за время жизни утратить свою индивидуальность и опуститься до общего уровня, но коль скоро он обозначил своё отличие от остальных, всё, что есть в нем особенного, переживет смерть формы. Для изменения характера нужна индивидуальная форма: чтобы возникла индивидуальная форма, должен существовать характер.

Желая создать форму, мы должны первым делом задать её характер. Скульптор, который бесцельно обтесывает камень, не составив себе точного представления о том, что же именно он хочет изваять, никогда не сотворит шедевра. Форма — это храм, где характер учится и обретает опыт, проходя через жизненные испытания. Чем суровее испытания, тем быстрее развивается характер индивида; при легкой жизни форма порой вырастает до больших размеров, но характер останется слабым; тяготы могут истощить форму, но они укрепят дух. Формы растут за счет других форм; развитие одного характера может вызвать развитие прочих. Формы истощаются, если отдают часть своего вещества иным формам; характеры крепнут, делясь с другими своей силой. Индивиды пьют энергию друг друга, пока им требуются материальные формы, но однажды сформировавшийся характер черпает силы в себе самом. На самом низшем плане, где импульсы физической жизни действуют очень вяло, конкретная форма может пребывать изолированно достаточно долгое время: век булыжника или бриллианта исчисляется многими столетиями, ибо всепожирающее пламя Жизни в них едва тлеет; однако для тех форм, в которых жизнь бурлит, постоянная изоляция представляет угрозу существованию. Чем выше мы поднимаемся по лестнице живых существ на физическом плане, тем менее они способны выдерживать изоляцию. Одинокая сосна может расти одна среди снега и льда, практически на голом камне, где не выживет никакое более высоко организованное существо; зверь способен жить более или менее сам по себе в лесу, а человек в такой ситуации умер бы с голоду. Жизнь, заключенная в форму, должна питаться другими формами; характер самодостаточен, соприкосновение с другими характерами ему нужно только как применение его сил, и по мере того, как он растет и всё больше использует свои возможности, собственная его сила крепнет.

Свойства, которые образуют характер, не имеют формы; они могут быть выражены в форме, но после того, как форма распадается, возвращаются опять туда, где форм нет. Абстрактные идеи, такие, как добро, зло, мудрость, сила, любовь, надежда, вера и милосердие, не имеют никакой формы, но они могут стать характерными чертами живого существа и сделать его хорошим или плохим, мудрым или могущественным и т.д. И всё же эти качества существуют, даже если они не явлены в формах; формы не способны создавать сами собственные свойства, но служат лишь выражением существующих принципов, которые могут проявиться, а могут и не проявляться в формах.

«Дух», или характер, выступает как проектировщик формы; астральные силы Природы — её зодчие, а физический план поставляет материал, необходимый, чтобы сделать форму вещественной и дать ей возможность контактировать с этим планом. Мысль — могущественная сила, вызывающая формы к жизни. Мысли человека, живущего в физическом теле, определяют стремления его души, когда она находится в субъективном состоянии, а эти стремления, в свою очередь, притягивают другие влияния и связывают её опять с формой. Человек, не ощущающий себя отдельной личностью и не желающий жить в качестве такой личности, может в субъектном состоянии остаться безличной силой, духовно превосходящей любую личность; но тот, кого влечет иллюзия «я», будет притянут к форме. Сущность, влекомая иллюзией «я», может воображать себя чем-то отдельным, отделенным от универсальной Жизни и все остальные существа рассматривать как нечто отличное от целого. Эта иллюзия питает бесчисленное множество других иллюзий. Из ощущения «я» возникает любовь к себе и стремление продолжить своё существование как личности, порождающее жадность, корыстолюбие, зависть, ревность, страхи, сомнения и печаль, боль и смерть, а также целую вереницу переживаний и страданий, которые делают жизнь человека безрадостной и мешают ему достичь вечного счастья. Если человек несчастен и не способен найти счастье внутри себя, самый надежный и быстрый способ обрести радость и покой состоит в том, чтобы забыть себя и жить, так сказать, в других, объединив свое сознание с сознанием иных людей — некоторых или даже всех. Осознавая других и сочувствуя другим, он прекратит думать о себе, и иллюзии, порождаемые «я», на время перестанут его терзать. Человек, который живет в эмоциональной изоляции, не будет интересоваться ничем, кроме своих личных проблем. Все его энергии концентрируются внутри него, и он становится постепенно всё более и более ничтожным и духовно мелким. Мало-помалу мысли его опускаются на низшие планы, он делается все «тяжелее», по мере того как душа его уплотняется; и если однажды полученный импульс к нисходящему движению не будет ничем уравновешен, человек станет погружаться всё глубже и глубже, покуда его личность после смерти формы не исчезнет в вихре, и он не перестанет существовать в человеческой форме, так как ещё при жизни утратил человеческий характер. Когда физическое тело истлеет, а «магнетическое тело» рассыплется, составляющие его душу элементы ещё не исчезнут. Это существо окажется игрушкой главенствующих своих эмоций, оно не будет двигаться осмысленно, ибо, не имея интеллекта, не сможет принять никакого решения, а станет метаться, влекомое инстинктами, пока все запасы энергий в нем не исчерпаются и не кончится его бытие как формы [41].

Как и на физическом плане, существо, оказавшееся в изоляции на астральном плане, будет страдать от голода. Эмоция, чтобы жить, должна питаться сходными с ней эмоциями, иначе она поглотит своего носителя. Человек, который очень сильно любит другого человека или очень к чему-то привязан и не в силах достичь желаемого, должен перенести свою любовь и привязанность на какой-то другой предмет; в противном случае попытки превозмочь свое чувство приведут его к гибели. Если любовь будет обращена к более высокому идеалу, она сделает человека счастливым; обращенная к низшему, она не принесет ничего, кроме разочарования. Сдерживаемый гнев должен найти выход, иначе человек взорвется, — покой приходит вслед за бурей. «Черный маг», который стремится навредить или принести смерть некоему человеку силой своей ненависти, может сам пасть жертвой могущественной силы, которую он вызвал к жизни: если ей не достанет мощи, чтобы воздействовать на объект, на который она была направлена, она обратится на свой источник. Накопленную энергию нельзя уничтожить, её надо передать другим формам или преобразовать в иной вид движения — она не может вечно пребывать в бездействии и притом продолжать существовать. Бесполезно сопротивляться страстям, которыми мы не способны управлять. Если накопившуюся энергию не направить в другое русло, мощь её будет расти и расти, пока она не возьмет верх над волей и разумом. Чтобы подчинить её себе, надо направить её на нечто иное и более высокое. Так, любовь к чему-то грубому изменит свою природу, если обратить её в любовь к чему-то высшему, а порок может стать добродетелью, когда объект стремлений окажется другим. Страсть слепа, она устремляется туда, куда её направляют, и рассудок — более надежный поводырь для нее, чем инстинкт. Любовь к форме исчезает со смертью формы и вскоре после нее; любовь к характеру сохраняется даже после того, как форма, в которую этот характер был облачен, перестает существовать.

Некоторые люди живут в совершеннейшей изоляции на низшем интеллектуальном плане: к ним относятся те, чьи мысли полностью поглощены умственными занятиями, и потому у них нет ни времени, ни желания прислушаться к зову собственных чувств. Они живут, образно говоря, под куполом своего храма, в голове, а сердца их при этом голодают и обращаются в камень. Они концентрируют всю силу своего интеллекта в мозге и могут узнать очень много мелких подробностей о жизни на нашей планете, но погружаясь в частности, они часто оказываются неспособными найти гармонию с целым. Именно такие люди и пополняют в основном ряды «материалистов», «скептиков» и «рационалистов» нашего века. Они отворачиваются от своего исконного права на бессмертие, поскольку убедили себя в том, что это невозможно; совершают преступления «во имя науки», презрев законы человечности; их астральные тела существуют ещё какое-то время после смерти их физических форм, пока интеллектуальная энергия, запасенная в них, не иссякнет, но с духовными стремлениями такие люди прощаются ещё при жизни, поэтому в конце концов, после распада души, от них не остается ничего.

Все формы, созданные Природой, изначально есть творения универсальной Жизни, воплощающейся в формах. Они — проявления Единого в Трех, но сами по себе они безжизненны. Они по-прежнему остаются непроявленным Единого, которое должно начать действовать в форме, чтобы форма ожила. Три, получающие жизнь через посредство Единого, превращаются в Четыре, и потому Четыре — число совершенства. Оно представлено квадратом, посредством которого строится Вселенная, и находит символическое выражение в животворных воздействиях, приходящих с четырех сторон света: севера, юга, запада и востока.

Жизнь пропитывает всю Природу, она содержится в каждой частичке материи, и только когда последняя крупица жизни уходит из формы, форма перестает существовать. В некоторых формах она может бездействовать долгие века, но после того как она начинает проявляться в форме, возникает движение. Чем более развита форма, тем активнее будет бурлить в ней жизнь. В камне жизнь незаметна, но без нее невозможно соединение атомов. Если жизненный принцип изъять из минерала, его форма тем самым будет уничтожена. Зерно из египетской гробницы прорастает и дает всходы, если посадить его в землю, хотя жизненный принцип спал в нем многие столетия. Если бы аналогичным образом удалось приостановить кипение животной жизни, индивидуальное существование животного или человека можно было бы продлить на неопределенно долгий срок. Камни живут с начала манвантары до последних её мгновений; жизнь некоторых форм очень долгая, но если жизненный импульс однажды задан, трудно — если не невозможно — сдержать его. Чтобы добиться этого, надо обладать могуществом посвященного, который способен сконцентрировать жизненную энергию в высших принципах, существование которых не связано с формой, и таким образом продлить свою жизнь. Известный факт гласит, что «факир», погребенный заживо и извлеченный из могилы через несколько недель или даже месяцев, после всего этого возвращался к жизни: это означает просто, что его физическое тело в течение этого времени было бездеятельным и практически безжизненным, в то время как жизненная энергия выступала в качестве деятельного начала в «истинном» человеке, который не уйдет в могилу.

Можно передать жизнь от одной формы другой, и совершить это способна сила Любви, ибо Любовь и Жизнь, по сути, одна и та же сила или разновидности одной и той же силы, в том же смысле, как тепло и свет — разновидности движения. Ненависть убивает, а любовь, как известно, способна вернуть к жизни того, кого сочли умершим. Любовь — целительное средство, возвращающее жизнь и здоровье, средство более могущественное, чем все фармацевтические препараты, и именно этим универсальным лекарством пользуются те, кто именуется настоящими врачами. Человек в самом деле может отдать свою жизнь другому и умереть, чтобы тот жил. Такой дар можно преподнести, вернув тем самым больному здоровье, и без «магнетических пассов», просто призвав на помощь волю и воображение, хотя новичкам иногда бывает полезно или даже необходимо подкрепить скрытые процессы, протекающие в душе, определенными внешними жестами.

Истинная животворящая сила заключена в источнике всего Блага. «В Нём была жизнь и жизнь была свет человеков» [42]. Под его воздействием элементы, образующие низшие формы существования, постепенно поднимаются на более высокие уровни. Он вездесущ и является повсюду, где форма способна откликнуться на его вибрации. Его нельзя обнаружить с помощью вивисекции или химического анализа, и современные научные монографии не сообщают о нем ничего; однако он есть то, в чем и посредством чего мы все живем, и если б его изъяли из нас хоть на мгновение, мы бы тут же обратились в ничто. Материя неуничтожима, потому что она есть проявление жизни, а принцип Жизни не может быть уничтожен, ибо он вечен и безусловен. Этот источник всей жизни — великое Духовное Солнце, которое «во тьме светит и тьма не объяла его» [43], и притом он присутствует повсюду и его можно отыскать везде.

Не признавать существования универсального источника всего Блага, который одни именуют «Богом», а другие «Законом эволюции», значит не признавать того очевидного факта, что травы и деревья, звери и люди живут и растут. Без силы жизни не может возникнуть ничто живое; если б действие всегда равнялось противодействию, они бы полностью нейтрализовывали друг друга, и результат оказывался бы нулевым. Дети на самом деле провозглашают величайшую истину, когда говорят нечто вроде: «Бог заставляет расти траву»; но для ученых, которые не в силах вообразить себе ничего, что лежит вне сферы их чувственного восприятия, представление об универсальной, верховной и потому божественной Силе есть нечто слишком высокое и недоступное их пониманию. Наши философы-материалисты хотят упразднить своего «Бога», и надо надеяться, что они в этом преуспеют, ибо бог, каким они его себе мыслят, просто бессильный карлик; но высшая вселенская Сила Жизни — вне пределов их понимания; не им упразднять её, ибо если б они попытались её разрушить, они первым делом должны были бы уничтожить себя.

Жизнь есть проявление в действии причины всего сущего, которую мы не можем себе представить; она — субстанциональный принцип, иначе она не могла бы существовать, ибо никакая деятельность невозможна без субстанции. Жизнь не имеет формы, но является в формах; она постоянно движется от низших форм к более высоким, и по мере того как повышается её уровень, повышается и характер форм. «Храм Соломона» возводится непрестанно. Невидимо трудятся элементы Природы, главные строители Вселенной. Жизнь обитает в форме, а когда форма истлевает, она собирает элементы и воздвигает себе новый дом. Камень, побитый ветром и дождем, начинает крошиться и трескаться — частички собираются опять и возникает новая форма. Мельчайшие растения и мхи вырастают на поверхности камня, живут, умирают и рождаются вновь, пока не накопится слой почвы и не появятся более высоко развитые формы. Века и века могут пройти прежде, чем завершится эта часть работы, но наконец вырастет трава, и жизнь, казавшаяся спящей в камне, теперь является в формах, которые можно причислить к животному царству. Червяк съедает растение, и жизнь растения становится в нем деятельной и сознающей; птица может проглотить червя, и жизнь, прикованная прежде к оболочке, которая ползала во тьме и грязи, приобщается к радости тех, кто обитает в воздухе. С каждым новым шагом на пути прогресса жизнь оказывается способной по-новому проявлять свою активность, и смерть прежней формы позволяет ей подняться на более высокую ступень. Но в процессе эволюции может настать момент, когда активность жизни станет настолько высокой, а сфера её расширится до таких пределов, что никакая мыслимая нами форма уже не будет способна вместить её и послужить орудием для адекватного выражения её свойств. Тогда смертная оболочка окажется слишком ничтожной, чтобы пригодиться бессмертному Духу, и освобожденный Орел, вырвавшись из нее, взовьется ввысь.

Существа, достигшие такого уровня, подобно Илии, оставляют на земле свои «одеяния» (физические формы) и возносятся благодаря силе своего огненного Духа — но не на материальное небо, а на ту ступень, где физическая оболочка уже не требуется.

Формы есть ни что иное, как символическое выражение жизни, и чем выше жизнь, выражающая себя, тем более высоко организованной будет форма. Желудь ничтожен в сравнении с дубом, но у него есть характер, и с помощью магии жизни он может развиться в дуб. В желуде нашел свое воплощение зародыш индивидуальной жизни, и он является точкой притяжения для универсального жизненного принципа. Его характер уже сформирован, и если он вырастет, то станет только дубом и ничем иным. Погребенный в земле желудь может прорасти и развиться из низкой формы в более высокую под влиянием наивысшего, поскольку в нем содержится жизненный принцип, или — говоря научным языком — жизненный потенциал. Но сколь бы высоким потенциалом для роста ни обладал желудь, он не может прорасти без животворящего воздействия универсального источника Жизни, которое достигает его через энергию Солнца; с другой стороны, и Солнце не пробудило бы его, если бы в зародыше не содержался жизненный принцип.

Лучи солнца проникают с заоблачных высей на землю; их свет не проходит сквозь плотную почву, которая защищает нежное семечко растения от палящих потоков, способных разрушить присущее ему жизненное начало. Но тепло распространяется вглубь и достигает семени, и особая разновидность жизни являет себя в нем. Эта жизнь не есть некое новое творение, она — сила Абсолюта, проявляющаяся в форме. Семя начинает прорастать, и росток, тянущийся к источнику животворной силы, пробивается к свету. Корни не стремятся к свету, они жаждут только пищи, которую находят в темном лоне материи. Они уходят все глубже и порой даже делают это за счет надземных частей растения. Но сам характер этих последних понуждает их стремиться к свету, и верхушка растения — самая благородная его составляющая — попадает в сферу его воздействия и в конце концов расцветает и приносит плоды.

Душа человека, погребенная в материи, воспринимает неосознанно животворное воздействие высшего Духовного Солнца и одновременно притягивается материей. Если всё внимание человека обращено на потребности его тела, если все его стремления и желания направлены на то, чтобы удовлетворить желания его материальной формы, он сам останется земным созданием, которому не дано осознать, что существует Свет. Но если он пробивается к Свету и открывает свою душу его божественному влиянию, он попадает в сферу его воздействия и сознаёт его существование. Приходит время, когда притяжение материи теряет свою власть над ним, и как аромат цветка может ещё разливаться в воздухе, хотя сам цветок и корни, питавшие его, уже увяли, так и характер человека сохраняет сознание даже за пределами жизни физического тела и, следуя притяжению непреходящего Закона, сливается с этим Законом и обретает бессмертие.

Истинный эликсир жизни можно найти только в вечном источнике Жизни. Он проистекает из седьмого плана, проявляясь как духовная сила на шестом, и изливает свой свет на пятый план, озаряя разум. На пятом плане он является как интеллектуальная сила в человеке, а оттуда проникает на четвертый и управляет находящимися в постоянном беспорядочном движении элементами этого плана с помощью рассудка. Здесь, на четвертом плане, он создает желания, пробуждает жизнь и инстинкты в низшей триаде и таким образом дает формам возможность притягивать к себе нужные элементы из кладовой Природы. Он призывает людей к жизни голосом истины, и эхо этого голоса, которое мы называем интуицией, вопиет в пустыне наших сердец, крестит души людей водой надежды и указывает им на истинный Дух, который, обретя сознание в их сердцах, сможет крестить их огнем и знанием и посвятить их в жизнь вечную.

Глава V. Гармония

Да не войдет сюда ни один несведущий в математике и музыке.
Пифагор

«Слушать музыку сфер» — в этом поэтическом образе заключена великая истина, ибо Вселенная исполнена гармонии, и душа, достигшая полного согласия с Душой Вселенной, способна слышать эту музыку и понимать её. И мир, и человек похожи на музыкальные инструменты, в которых все струны должны быть состроены так, чтобы в голосе их не возникало никаких диссонансов. Мы можем рассматривать материю на физическом плане как состояние низкочастотных вибраций, а дух — как наивысшую вибрацию жизни. Между этими двумя полюсами помещаются промежуточные принципы, образующие основную октаву, зовущуюся Человеком.

Природа порождена некой причиной, и все в ней подчиняется закону причин и следствий. Никакого самовластного правителя Вселенной быть не может, и даже если бы существовал такой правитель, его решения являлись бы результатом деятельности его разума, а деятельность его разума определялась бы предшествующими причинами, и, следовательно, и он подчинялся бы закону. Существо, которое не подчиняется закону, есть небывалое чудовище, которое невозможно даже измыслить, поскольку все существа возникают согласно закону причин и следствий, и ничто не может существовать не возникнув — кроме самого вечного Закона, невещественного, самодостаточного и абсолютного.

Человек, как и любое существо в мире, приходит в этот мир в соответствии с законом причин и следствий. Строение и свойства его тела зависят от физических условий, в которых он родился; состояние его души определяется астральными влияниями, притянутыми им и обратившими на него свою мощь; характер его зависит от причин, порожденных им же во время предыдущей жизни, а вся совокупность причин образует сотворенную им самим карму. Человек как таковой есть результат исполнения закона причин и следствий, и во всех природных царствах возникающее действие всегда находится в точной пропорции с причиной, его вызвавшей. Хорошо зная причины, мы можем точно вычислить их следствия. Любая мысль, любое слово, любое действие порождают причину, действующую непосредственно на том плане, к которому они принадлежат, и дают начало новым причинам, вызывающим реакцию уже на других планах. Мысль есть ментальная структура, которую можно запечатлеть в слове, а слово может стать действенным благодаря поступку. Любое действие — выражение (через слово) мысли. Каждая природная форма имеет троичное строение, каждый символ — троякое значение, каждые совершенные действия включает в себя три компонента. Чтобы деятельность осуществлялась, необходимы три фактора — действующее лицо, действие и объект, на который направлено действие. Чтобы действие стало таковым, тоже требуются три условия: мотив, воля и исполнение. Мотив или мысль, не выразившиеся в действии, не приведут напрямую ни к каким последствиям на физическом плане, но могут породить сильные эмоции в сфере разума, которые затем могут сказаться и в физическом мире. Добрые намерения, если они не исполнены, не дадут никаких видимых результатов, но намерения вызывают определенные душевные состояния, которые когда-нибудь в будущем, возможно, станут основой для благих дел. Совершенный поступок будет иметь последствия независимо от того, преднамеренный он или нет, но если у него нет мотива, он не повлияет непосредственно на мысленные планы. Такие поступки совершаются в безумии, и человек не несет за них моральной ответственности, но они порождают определенные следствия на физическом плане, на которые может реагировать разум.

Причины, возникающие на физическом, астральном и духовном планах, влекут за собой бесчисленные комбинации следствий, создающих новые причины, за которыми опять идут следствия, и любая сила, пробужденная на одном из планов, продолжает работать до тех пор, пока не иссякнет, преобразовавшись в другие разновидности действия; при этом её колебания изменятся в другие, и порождавшиеся ею прежде следствия уже не будут возникать.

Человек не есть что-то отдельное от Природы, он — её составная часть. Жара и холод, свет солнца и бури воздействуют на его тело на физическом плане, элементальные силы Природы влияют на его душу и сияние Вселенского Духа проникает в его центр. Человек, в свою очередь, также воздействует на целое. Своими трудами в физическом мире он изменяет лицо Земли, выступая иногда как творец форм, а иногда как их разрушитель; его эмоции создают токи в Душе мира, дающие рождение новым причинам в невидимой сфере, вызывающим затем реакцию на физическом плане. Его воображение способно сотворить зачатки мыслей, которые со временем могут воплотиться в физические формы; его страсти порой рождают эпидемии [44]. Мощью своей накопленной и слитой воедино энергии люди вызывают природные катаклизмы, и если гармония будет восстановлена в универсальном Человеке, воцарится она и в Природе.

Разлад в Природе возникает из-за несовершенства человека. Вкусив от Древа познания, он научился противопоставлять свою индивидуальную волю существующему миропорядку и будет страдать от последствий собственных грехов до тех пор, пока не признает главенство Всеобщего над частным и не сольёт свою волю с общей, положив конец распрям из-за личных интересов, благодаря чему будет восстановлено единство и гармония целого.

Изначально Природа представляла собой нераздельное Единство: разделение возникло из-за обособления интересов отдельных существ и родов, её составляющих, и противопоставления их личных воль воле целого. Вселенская воля, излучаемая из центра, оказывается, образно говоря, обращенной обратно через действие своих поверхностных лучей, и таким образом на периферии сферы, которую являет собой мир, возникает область иллюзий. Но в центре по-прежнему присутствует неизмеримая сила универсального Закона, и там свет пробивается через облака, окутывающие Духовное Солнце. Эти облака образуют мир иллюзий, а действие Закона можно проследить в любом виде деятельности, во всех царствах Природы.

Платон написал над вратами своей академии: «Да не войдет сюда ни один несведущий в математике», а Пифагор требовал еще и познаний в музыке. Они хотели сказать этим, что тот, кто желает исследовать тайны, скрываемые Природой, должен уметь делать логические выводы из своих наблюдений и настроить свою душу в лад с божественной гармонией Вселенной.

Природа по-прежнему едина, в ней нет ничего случайного, и каждая её часть состоит в определенном отношении к целому. У всего есть своё число, мера и вес, и всё без исключения подчиняется математическим законам. У Солнца и звезд — свои периоды обращения. Молекулы в телах присутствуют в точных пропорциях, известных химикам, и во всём происходящем на физическом плане, равно как и в области эмоций, наблюдается некая регулярность и периодичность. День и ночь наступают всегда в известные часы, через определенные промежутки времени сменяются весна, лето, осень и зима, приливы и отливы в океане и в водах души. Физиологические и анатомические изменения в животных формах происходят в установленный срок, и даже течение человеческой жизни повинуется определенным скрытым законам: хотя человек, как кажется, свободен в своих действиях, но поступки его направляются его волей, а воля диктуется тем или иным душевным состоянием, которое возникает под воздействием еще более глубоких причин, что берут свое начало в высшем Законе.

Последователи Пифагора считали, что все процессы в Природе регулируются определенным набором чисел. Набор этот таков:

391545
41634136
52565325
636111666
7491751225
8642602080
9813693321

В приведенной здесь таблице представлена последовательность чисел, полученных с помощью построения Тетраграммы, или магического квадрата. С помощью этих чисел, как считается, можно вычислить любое следствие, если известно изначальное число, относящееся к причине. Современные открытия во многом подтверждают это мнение. Если каждой вещи или явлению соответствует определенное вибрационное число и амплитуда этих вибраций увеличивается или уменьшается с регулярностью с течением времени, зная эти числа, мы сможем предсказать будущие события.

Как строится магический квадрат для нечетных чисел, описано ниже: выписывается убывающая последовательность чисел квадрата данного числа до единицы, затем «сердцевина» вырезается, а оставшиеся числа помещаются на свободные места в противоположной от них части фигуры. Здесь представлен процесс построения магического квадрата числа 3. Квадратом трёх является девять.

  1  
 4 2 
7 5 3
 8 6 
  9  

Как мы видим, числа 1, 3, 7, 9 остались вне квадрата. Если их поместить на свободные места на противоположных сторонах, получается:

492
357
816

Сумма чисел в каждой колонке дает 15.

[В оригинальном издании квадраты стояли одним из углов вниз, т.е. под 45 °].

Приведем теперь тетраграмму числа 7.

22471641103514
5234817421129
3062449183612
1331725431937
3814321264420
213983322745
461540934328

Сумма каждой колонки составляет 175.

Построение тетраграммы чётных чисел более сложно, но приведенные здесь примеры поясняют принцип. Число 6

632343351
7112728830
241416152319
132022211718
25291092612
365334231

Сумма 111.

Число 8:

858624559631
915515352541016
4818224445192341
2539352928383432
3331273736302640
2442462021434717
4955111312145056
642660613757

Сумма 260.

Каждому человеку соответствует определённое число, выражающее его характер. Зная это число, можно с помощью магических квадратов вычислить периодические изменения его умственного и эмоционального состояния, которые могут заставить человека изменить внешние условия своей жизни. Таким образом мы сумеем приблизительно вычислить время, когда эти важные события могут произойти. Но числа, о которых идет здесь речь, известны только посвященным, а им никакие вычисления не требуются, поэтому на практике магические квадраты мало полезны, а для того, чтобы «предсказывать судьбу» или удовлетворять праздное любопытство относительно грядущих событий, они и вовсе не годятся.

Закон периодичности, однако, универсален, и тот, кто уделит ему внимание, может сделать интересные открытия. Его действие давно было прослежено в вибрациях, порождающих свет и звук, а теперь признано и в химии [45], поскольку эксперименты, похоже, показали, что все так называемые простые элементы есть разные вибрационные состояния одного первоэлемента, проявляющиеся на семи основных уровнях активности, каждый из которых делится на семь подуровней. Различие простых элементов, таким образом, не есть различие субстанциональное или материальное; оно связано лишь с различными функциями материи или с разными коэффициентами атомных вибраций.

Оккультисты во все времена считали семь священным числом. В религиозных книгах Востока говорится о семи эманациях Парабрахмана; также и в Апокалипсисе и других частях Библии можно найти достаточно отрывков, убедительно свидетельствующих, что та роль, которую это таинственное число играет в строении Вселенной, не ускользнула от внимания отцов церкви.

Древние философы утверждали, что в Солнечной системе семь планет, и современные ученые заявляют о своем превосходстве над астрономами далекого прошлого на том основании, что они открыли планеты и астероиды, которые не были известны раньше. Однако древние знали и о строении звездной Вселенной, и о шарообразности Земли, только это знание преподносилось в мистериях и не делалось достоянием всех. Мало того, из откровений восточных адептов следует, что в Солнечной системе есть ещё много неоткрытых планет, о которых наши астрономы ничего не ведают, ибо эти планеты существуют в состоянии «сокрытия» или как «дематериализованная мысль» и поэтому не проявляют силы тяготения и невидимы для физического взора.

Нынешний просветленный постигает посредством духовного восприятия те же вечные истины, которые постигали ясновидящие тысячи лет назад, ибо истины эти не меняются, а подлинное духовное восприятие безошибочно. Поэтому можно предположить, что если в экзотерических учениях древности говорилось о семи планетах, эзотерический смысл этого заключался в том, что существует шесть планетарных сфер, которые вместе с центральной сферой дают как раз семь. В соответствии с расхожим представлением о небулярной теории, наша планетарная система развилась из некоей изначальной субстанции (огненной туманности), из которой состоит Солнце, заполняющей огромную сферу, простирающуюся за орбиту Нептуна. Если мы представим, что в этой сфере действуют центростремительная сила, направленная к центру от периферии, и центробежная сила, направленная к периферии от центра, то между центром и периферией найдется такая точка, где две эти силы встретятся. Там они либо нейтрализуют друг друга и возникнет бездействие, либо, что более вероятно, радиальная составляющая движения перейдет в тангенциальную и возникнет вращательное движение вокруг нового центра, образовавшегося в месте контакта. В таком случае будет не менее шести тел, окружающих седьмое со всех сторон.

Согласно этой теории, Солнечная система возникла из шести сфер сияющей материи, окружавших центральную сферу, и из них развились особые планетарные подсистемы. Планеты, видимые нами, принадлежат нашей Солнечной системе, но не обязательно все они относятся к одной подсистеме, и может существовать ещё множество других планет в объектном или субъектном состоянии.

Размеры, удаленность от Солнца и движение известных планет стали предметом тщательного изучения [46], что привело к открытию трех важных законов, задающих механизм нашей Солнечной системы; познав их, Кеплер произвел переворот в современной астрономии.

Число семь — это масштаб Природы, оно присутствует в ней повсюду — и в сияющем солнце, чей свет распадается в капле росы на семь цветов радуги, и в кристалликах снега, образующих шестилучевую звезду вокруг невидимого центра. Семеричность обнаруживается в развитии и росте растений и животных, в строении Вселенной и в строении Человека. Семь — мера, которой измеряется всё сущее; пять — число Гармонии. Если пятая нота музыкальной гаммы образует аккорд с первой и третьей, возникает гармония. Другие сочетания тоже могут быть гармоничными, но самый совершенный аккорд рождается из согласия первой, третьей и пятой ноты. Два звука вместе порой дают гармонию, но, чтобы получился совершенный аккорд, нужен третий. Тот же закон справедлив и если говорить о строении человека. Если его тело (первый принцип) находится в согласии с его инстинктами (третий принцип), он способен испытывать чувственные наслаждения, но полная гармония и счастье достигаются лишь тогда, когда его пятый принцип (интеллект) гармонично соединяется с первым и третьим. Можно провести и другие параллели между музыкальной гаммой и набором принципов, составляющих человека, и тогда оказывается, что и там и там аккорды минорные и мажорные соотносятся друг с другом. Жизнь каждого человека — симфония, в которой преобладает либо гармония, либо диссонанс.

Гармония созидается силой любви. Любовь рождает гармонию, ненависть — диссонанс. Любовь — это стремление разъединенных частей одного принципа соединиться вновь. Это стремление предполагает взаимное узнавание, а узнавание — это проявление сознания, которое есть проявление жизни. Жизнь, Любовь, Сознание, Гармония — по сути одно, и противоположность им представляют диссонанс и смерть. Почему некоторые ноты вместе звучат гармонично? Единственно потому, что элементы, их составляющие, воспринимаются нашим сознанием одинаково. Друзья, узнавая друг друга, радуются, а радость означает гармонию, счастье и довольство.

Если две совершенно одинаковые ноты или большее количество таких нот звучат вместе, они не создают ни гармонии, ни диссонанса, а просто становятся громче. Они уже — одно, между ними нет никаких взаимоотношений; однако если играются разные ноты, каждая из которых несет в себе элементы, содержащиеся в других, каждая видит своего двойника в зеркале, которое держит другая, и испытывает радость узнавания. Слушая прекрасную музыку, мы чувствуем, что воздух словно напоен жизнью. Неся гармонию в себе, мы можем различить её в музыке, и тогда музыка начинает жить в нашей душе. Тот, кто существует в разладе с собой и с миром, может слушать прекраснейшую симфонию и остаться равнодушным, ибо нет гармонии в его душе.

Если некий принцип или закон сознаёт собственное существование в другой форме, в чистоте и неискаженности которой ему открывается его собственная красота, возникает полная гармония. Если две или более сущности содержат одинаковые элементы, эти элементы, точно подходящие друг к другу, стремятся объединиться, ибо, имея одинаковое строение, они вибрируют как одно. Подобное стремление объединиться рождает Любовь, проявляющуюся на всех планах существования. Планеты притягиваются к Солнцу и друг к другу, ибо во всех них присутствуют одни и те же элементы, стремящиеся объединиться, и потому гравитация есть ни что иное, как сила любви. Мужчину влечет к женщине, а женщину — к мужчине, ибо они различают друг в друге составляющие своего высшего идеала, и чем больше их общий идеал проявляется в них, тем сильнее и полнее будет их любовь. Подлинная любовь между мужчиной и женщиной возможна лишь тогда, когда их, осознанно или неосознанно, влечет один и тот же идеал. Этот идеал может быть высоким или низким, но чем идеал выше, тем более долговечным он будет, и тем большее счастье найдут они друг в друге.

Человек, который стремится возлюбить себя или, другими словами, найти в себе свой высший идеал, никогда не обретет довольства и гармонии. Он получит в итоге лишь разлад, даже если он идеальный человек, поскольку никто не сумеет увидеть свое отражение, не пользуясь зеркалом, и принцип, закон способен воспринять собственную красоту или уродство, только распознав их отражения в других формах. Тот, кто хочет представить себя как свой высший идеал, становится эгоцентричным и тщеславным. Его любовь, вместо того чтобы распространяться до самых границ его сферы, устремляется от периферии к центру, и ментально он каждый день сжимается. Тщетно он будет искать вовне свой идеал. Даже встретив его, такой человек не сумеет его признать, ибо для этого надо соприкоснуться с ним, выйдя за пределы своего «я». Но человек, который ищет воплощение идеала в предмете своей любви, если найдет, узнает в нём свое собственное «я», которое всегда было в нём, хотя он и не сознавал его присутствия, пока не обнаружил его в другом. Тот, кому доступна истина, узнаёт её всякий раз, когда находит её в других, но тот, кому она неведома, не может различить её и принимает её только веря на слово прочим. Наш век часто отвергает высочайшие истины, если они не удостоверены общепризнанными авторитетами; но мудрый узнаёт истину по её свету.

Свет неразличим во мраке, если он не отражен материей. Свет не может освещать сам себя, но он освещает темноту и, следовательно, существует лишь постольку, поскольку существует материя. Любовь без предмета любви не существует; тот, кто любит сам себя, не любит ничего. Любви, не обращенной ни к чему, не бывает. Любовь, устремленная к высокому, высока, к низкому — низка, как жизнь в низшей форме низка, а в высшей — высока; ибо любовь, и жизнь, и гармония есть разные стороны одного и того же природного начала, различные аспекты одной универсальной силы. Где присутствует любовь, там есть жизнь; никакая жизнь не может продолжаться без любви, и чем более всеобъемлющей делается любовь, тем большую мощь обретает животворная духовная сила человека. Если любовь концентрируется на одном предмете, она крепнет и может напитать любовью и жизнью этот предмет; если же любовь делится между разными объектами, сила её рассеивается.

Любовь, чтобы обрести силу, должна быть чистой, и в ней не должны быть задействованы никакие личные интересы. Любя что-то за ту пользу, которую оно может нам принести, мы на самом деле любим не этот предмет, а себя. Тот, кто любит чистой любовью, заботится лишь о благополучии того, кого любит; он не считает прибыли и убытков и не боится потерь, которые может принести ему его любовь. Разум рассчитывает, но любовь следует закону притяжения.

Нечистая любовь слаба и не проникает глубоко; она способна вызвать рябь на поверхности души другого человека, но не достигнет его сердца. Чистая любовь преодолевает все преграды, и противостоять ей может лишь любовь такой же силы, но устремленная к другому. Самый могущественный любовный напиток, который один человек может предложить другому, это любовь, лишенная всяких эгоистических мотивов. Чистая любовь проникает в душу того, к кому она обращена, и вызывает ответные вибрации любви, ибо каждый вид вибраций порождает соответствующие вибрации, согласно всеобщему закону индукции.

Если вы хотите идти вперед по дороге, ведущей к совершенству, берите уроки у любви. Учитесь любить высшее, и оно притянет вас. Ищите в каждом человеке то, что кажется высшими его проявлениями, и закрывайте глаза на его ошибки, призвав на помощь милосердие и любовь. Говоря плохо о другом, вы говорите плохо о самом себе, поскольку тот, кто постоянно подмечает промахи окружающих, наверняка сам склонен поступать так. Тщеславного человека отталкивает хвастовство, лжец требует от других правдивости, а вор боится, как бы его не обокрали. Добродетели стремятся друг к другу, порождая гармонию, но один порок отвергает другой, и возникает разлад.

Подавляемое и сдерживаемое чувство становится болезненным и извращенным. Безответная любовь, если она не преобразована во что-нибудь, поселяется в сердце, рождая фантомы и галлюцинации, как стоячая вода порождает животную жизнь. Любовь к высокому идеалу, которая, вместо того чтобы устремиться ввысь в сферу этого идеала, ищет его в низших сферах, увянет и истощится или будет привлечена к низким идеалам; но если любовь встречает ответную любовь, достигается гармония.

В том случае, если низшая вибрация в какой-то мере гармонирует с более высокой, эта последняя может усилить её и поднять до своего уровня, подобно тому, как в куске железа, обмотанном изолированным электрическим проводом, возникает намагниченность; при продолжительном и интенсивном воздействии высоких вибраций на низшие даже бессознательная деятельность органов человеческого тела, такая как биение сердца, может быть подчинена воле человека. Две струны музыкального инструмента, если они не образуют полный диссонанс и будут звучать достаточно долго вместе, в конце концов войдут в гармонию друг с другом; человек, вращающийся среди людей более утонченных, чем он сам, если его нравственный и интеллектуальный уровень не намного ниже, чем их, сумеет сам обрести достаточную изысканность; слуги подражают своим хозяевам, животные перенимают низшие характеристики тех, кто ухаживает за ними, а приятели или супруги, постоянно общаясь, в конце концов делаются чем-то похожими друг на друга.

Если относительные частоты вибраций двух субстанций далеки от гармонии, возникает отталкивание, которое влечет за собой необычную активность или возбуждение. Животный организм, например, можно нагреть до достаточно высокой температуры, если делать это постепенно, но даже небольшое нагревание бывает опасно, когда оно происходит резко. То, что оккультисты не потребляют алкоголя и животной пищи — не их прихоть. Элементы этих веществ обладают очень высокой степенью активности и, вступая в контакт с элементами крови, стимулируют их и вызывают в них несвойственные им вибрации, что порождает на астральном плане эмоции, которые, в свою очередь, могут нежелательным образом воздействовать на более высокие принципы. То же касается и других веществ, одические излучения которых — красные; вещества же, аура которых голубая, обладают другими свойствами; однако даже высшие элементы, хоть и не напрямую, питаются низшими, поэтому старое изречение «в здоровом теле здоровый дух» не совсем беспочвенно — хотя здоровый мозг (инструмент разума) может быть заключен и в теле калеки, крепкое здоровье всё же полезно и желательно, поэтому тому, кто хочет развить в себе оккультные способности, важно потреблять подходящую пищу и соблюдать необходимые для его организма правила гигиены.

«Что для одного пища, для другого может оказаться ядом» — как в физическом мире, так и в сфере эмоций. Сильный организм способен переваривать и тяжелую пищу, а слабый разум может испугаться неожиданно открывшихся истин. Невоздержанность в еде и питье столь же плоха, как эмоциональная несдержанность, и самоограничение равно необходимо на обоих планах.

Чересчур разнообразная пища вызывает расстройство пищеварения и загрязнение крови; различные ауры борются за жизнь, и борьба эта вызывает возбуждение, жар и болезнь. Теми же причинами объясняется возникновение венерических и кожных заболеваний, а на астральном плане слишком большое разнообразие эмоций, вызванных к жизни почти одновременно, может свести человека с ума.

Когда сталкиваются две силы, чьи характеры почти противоположны, возникает дисгармония, а поскольку у каждого человека есть свои особые эманации и аура, которые передаются другим, в то время как сам он испытывает магнетическое воздействие аур окружающих его людей и прочих объектов, эти воздействия могут быть благотворными или вызывать болезни. Люди способны исцелить или отравить друг друга своими эманациями, и при определенных обстоятельствах уместно последовать совету, который Гаутама Будда давал своим ученикам: есть и спать в одиночестве.

Многие люди очень заботятся о том, чтобы пища, которую они потребляют, была доброкачественной, и притом беспечно впускают в свою душу все без разбора эмоции, ибо они не понимают, что чистота эмоций столь же необходима, как чистота тела.

Большая сила подавляет меньшую, и более сильная эмоция может свести на нет более слабую. Если эта сильная эмоция высока, она поднимет низшую, если верх берет низшая — происходит деградация. Осторожность может сдерживать воинственность или превратить человека в труса; но без осторожности воинственность сорвется с цепи и человек безоглядно устремится навстречу гибели.

Высокие эмоции развиваются из низких, и направляемые разумом пороки могут обратиться в добродетели. Горячая любовь к себе порой распространяется на жену и друзей, а затем и на свою страну или даже на человечество. Чем более всеобъемлющей она становится, тем больше она очищается.

Ничто во Вселенной нельзя уничтожить, можно только изменить форму. Эмоцию нельзя убить, её можно лишь поднять на более высокий уровень.

Чисто сексуальный инстинкт преобразуется в возвышенную любовь, если обращается на личность другого пола с высокими моральными и интеллектуальными достоинствами; звериная воинственность очищается, если направить её в интеллектуальное русло и сменить дубинку на перо; стяжательство можно преобразовать в жажду знания, а стремление к разрушению — в желание бороться с заблуждениями.

Нет ничего неправильного в том, чтобы следовать природным инстинктам и эмоциям естественным и законным порядком; вопрос только в том, полезно ли это с точки зрения тех целей, которые мы имеем в виду. Если у нас есть некое количество денег, мы можем истратить их для собственного удовольствия, или купить что-то полезное, или просто без толку промотать их. Ровно так же мы можем истратить свои физические силы, жизненные энергии и эмоции на поиски бессмысленных наслаждений или на то, чтобы продвинуться в своем развитии; но как нельзя вернуть потраченные деньги, так же силы, растраченные на низшие цели, потеряны для высшего. Если у человека нет более высоких целей, кроме как есть, пить, спать и служить продолжению рода, он может обрести в этом счастье; и до тех пор пока он следует велениям Природы, он не совершает ничего дурного; но тот, кто желает поторопить Природу и поскорее превратить себя в бессмертную сущность, не должен растрачивать силы на удовлетворение низших влечений; и с течением времени энергии, которые вызывают низшие эмоции, уступят место более высоким и вся низшая деятельность преобразуется в высшую.

Только то, что чисто, может быть гармонично.

Когда цель одна, устремления чисты, но если их несколько, возникает смешение. Человек, избравший для себя определенный образ жизни, ибо все его желания направлены к этому, чист в своих устремлениях; но если у него есть и иные интересы помимо главного, такая примесь может помешать ему добиться своего.

Металлы очищаются огнём, эмоции — страданием. Низшие желания должны голодать, чтобы питались высшие; животные страсти обречены умереть, но ангел Воли сдвинет камень, закрывающий вход в гробницу, и освободит высшие энергии из-под власти эгоизма и тьмы; и тогда воскрешенные добродетели обретут жизнь и пробудятся в новом мире нетленного света и гармонии.

Чтобы ясно увидеть процесс очищения человека, представьте себе, что вас окутывает туман материи и окружают враждебные воздействия эмоций на астральном плане, которые постепенно ведут вас к разрушению. В глубине, в незамутнённом центре вашей души подобно миражу живет ваш эфирный прототип, подлинное ваше «Я», бессмертный Адонай, который ждет момента, чтобы притянуть к себе наиболее чистые ваши элементы. Чем больше ваши мысли и устремления концентрируются на низшем «я» и увлекают вас в сферу желаний, тем более тусклым и неясным становится этот образ; но если ваши помыслы, обретающие силу благодаря Воле и посредством ваших поступков, выходят за рамки вашего «я» и притягиваются к чистому идеалу, ваши более высокие энергии притекают к нему, делая его всё более чётким и осязаемым, пока ваше внутреннее «я» и ваше сознание не объединятся с ним и не освободятся от всех земных привязанностей, видя в том, что осталось внизу, лишь тень собственного непреходящего бытия. Желания возникают из влечений, влечения — результат разделения двух субстанций, тождественных по своей сути и свойствам. Мы не можем желать вещь, о которой ничего не знаем, и если нас влечет к ней, значит, наверняка в нас есть её часть, которая стремится воссоединиться с тем, от чего когда-то была отделена. В любом человеке есть божественная искра Мирового Духа, интуитивно знающая источник, из которого она происходит и в который стремится вернуться.

Осознание всей чистоты этой божественной искры — вот подлинное поклонение; попытки осознать её — истинная медитация; упражнять волю, чтобы привести свое «я» в совершенную гармонию с нею, и значит молиться. Выраженная в поступке, такая молитва обретает действенность. Подлинная молитва всегда выражается в действиях на том плане, на котором она творится. Молитва на физическом плане состоит в физическом труде, на астральном она есть очищение эмоций посредством воли; в области интеллекта молитва — это учение, дающее знание, и высочайшие духовные устремления поднимают человека над хаосом материи и приближают его к его собственному Богу.

Чтобы достичь наивысшего, Дух должен быть господином, а страсти — слугами. Беспомощный калека пребывает в рабстве у своих слуг; человек, который полагается в работе на невежд-служителей, хотя мог бы сделать всё сам, в какой-то мере подчиняется их прихотям и недостаткам, и если он сменит слуг, это не изменит его положения. Человек с грубыми желаниями и вкусами становится прислужником своих вкусов: они диктуют ему его поступки, и он направляет все силы на то, чтобы потакать им; но тот, у кого нет низких желаний, которым он мог бы служить, независим, свободен и сам себе господин. Он победил материю и завершил битву с астральными элементами. Для него диссонанс больше не существует, и вибрации его очищенных элементов найдут отклик в вечно живом вселенском духе Любви.

Примечания

  1. Шопенгауэр, «Мир как воля и представление».
  2. Пракрити.
  3. Иллюзия.
  4. Пуруша.
  5. Санскритские названия для семи принципов таковы: 1. Пракрити; 2. Линга-шарира; 3. Камарупа; 4. Джива; 5. Манас; 6. Буддхи; 7. Атма (Параматма, Брахма, Парабрахман). — См. «Five Years of Theosophy», p. 153.
  6. А.П. Синнетт, «Оккультный мир».
  7. Эта тесная связь астральной формы и физического тела нередко обнаруживается при так называемых разоблачениях «духовных медиумов». Если материализованную форму запачкать чернилами или сажей, окрашенную материю находят потом в соответствующих местах тела медиума, поскольку, когда астральная форма возвращается в это тело, она передает ему испачканные частицы вещества.
  8. Adolphe d'Assier, «L'humanite posthume».
  9. Bulver Lytton, «Zanoni».
  10. Парацельс подробно описывает эти создания.
  11. Сын Мудрости (Ангел).
  12. А.П. Синнетт, «Оккультный мир».
  13. Religio-Philosophical Journal.
  14. Этому вопросу полностью посвящена совместная работа Ч. Ледбитера и А.»Безант «Мыслеформы» — прим. ред.
  15. Des Mousseaux, «Moers des daemons»; Ennemoser, «Magie».
  16. Э. Сведенборг, «Небеса и Ад».
  17. Подробнее об этом см. в книге Ч. Ледбитера «Внутренняя жизнь», раздел шестой «Жизнь после смерти», гл. «Животное одержание» — прим. ред.
  18. Бэббит, «Принципы света и цвета».
  19. Согласно Е.П. Блаватской, астральный свет — лишь низший аспект Мировой Души и высший принцип земной атмосферы, в то время как акаша — некий духовный проводник. — Прим. ред.
  20. Debarolles, «Mysteres de la main».
  21. Prof. Wm. Denton, «Soul of Things»; J.R. Buchanan, «Manual of Psychometry».
  22. Adolphe d'Assier, «L'humanite posthume».
  23. Иоан. 1:4.
  24. Там же.
  25. Paracelsus, «De Origine Morborum Invisibilium».
  26. L.B. Hellenbach, «Die Magie der Zahlen».
  27. По закону Боде примерные соотношения расстояний, отделяющих планеты от Солнца, таковы: Меркурий 3 + 4; Венера 6 + 4; Земля 12 + 4; Марс 24 + 4; Юпитер 48 + 4; Сатурн 96 + 4; Уран 192 + 4; Нептун 384 + 4.
Предыдущая страница
Оглавление  • ↑ Вверх ↑

Перейти к странице:  1)  2  3)  4)

Следующая страница
Реклама


Bottom
Цитата
Мария фон Эбнер-Эшенбах

Никто не знает достаточно; слишком много знают слишком многие.

Мария фон Эбнер-Эшенбах

Bottom
 • 
Статистика

Статистика
Hовости | Библиотека | Заговоры | Лекарственные растения | Энциклопедия | Значение имени | Гороскопы | Камни и минералы | Календарь | Цитаты | Гадания | Сонник | Каталог | О проекте | Гостевая | Форум |
Лабиринт Мандрагоры ©2003–2021
Использование информации, размещенной на сайте, приветствуется, но указание ссылки — обязательно
Обратная связь