Million D'Arlequin, Vesti La Giubba и другие
Сам по себе театр кажется мне таким ничтожным по сравнению с ежечасной драмой жизни, что, по крайней мере, мне он видится убожеством (Джин Фаулер).
Часто говорится: «Жизнь — сцена, а мы на ней — актеры». В самой эгоцентрической интерпретации эта сентенция соперничает с высказыванием Краули «Каждый человек — звезда». Действительность же, впрочем, как и театр, гораздо менее демократична в выборе актеров.
Мир и есть сцена, но немногие тянут на истинных актеров. Многие — просто копьеносцы, занятые на ролях второго плана, проще говоря, балласт. Поскольку они являются питательной средой для настоящих актеров, то должны подбираться со всей тщательностью. Грандиозный спектакль с «тысячной труппой» не обязательно будет хорошим, так же, как и мир не делается лучше от перенаселения.
Как говаривал Джимми Дюранте, самая большая неприятность состоит в том, что «все хотят попасть в пьесу». Сатанизм не сделал ничего, чтобы отвратить будущих глупцов от выхода на сцену, который поставит их под огонь самых беспощадных критиков — таких же существ, как и они сами. У них нет Бога, который улыбался бы из ложи и обеспечивал хотя бы самые скудные аплодисменты. Нет доброго божества, которое хихикало бы над жалкими шутками или благосклонно принимало их неестественность.
Посему. Сатанизм выступает в качестве Великого Разделительного Процесса, Следовательно, Сатанизм может быть катастрофой для тех, кто видит его окольным путем к божественности. Я часто повторял, что популярность оккультизма и угасание ортодоксальных религий может быть приписана фактору «Набора-сделай-сам-себе-бога». Человек чувствует, что может сам распоряжаться, хотя бы частично, своей судьбой, вместо того, чтобы некое божество катало его по жизни в междугородном автобусе. Таким образом, оккультисты вообще и Сатанисты в частности, выступают на сцене в доселе невиданной манере игры.
Очевидно, что одна из альтернатив препятствиям, возникающим от такого «владения» самим собой состоит в том, чтобы схватить копье и подыгрывать ведущим актерам со всей возможной компетентностью. Другая — окончательно покинуть сцену и стать частью разборчивой публики. Третья и последняя — выйти из игры и покинуть театр. Что же делать в последнем случае? Искать другие спектакли и увеселения, где может быть достигнута некоторая доля признания или, по крайней мере, удовольствия? Вряд ли это возможно. Всемирная Сцена никогда не меняет свой репертуар. Чтобы стать актером, нужно быть уникальной личностью, Чтобы стать зрителем, нужна разборчивость. Чтобы покинуть театр, нужно уничтожить тело и душу.
Да, мир — это не просто сцена, но мир Барнума и Бэйли также не может не быть фальшивым. Чтобы мир стал хоть чуточку более правдивым, нам нужно в большей степени опираться на факты. Мне хотелось бы верить, что Сатанисту гораздо легче сбросить с глаз пелену. Это укрепляет меня в моей вере.
